Обратный звонок

В настоящее время наш рабочий день закончен. Оставьте свой телефон и мы перезвоним в удобное для вас время!

Обратный звонок

Ваш заявка принята. Ожидайте звонка.

Московский Кремль


Вокруг Кремля. Фото В.Карлова История Кремля тесно связана с историей Москвы, да и не только Москвы, но и Русского государства в целом. Как утверждает древнейший памятник летописания Ру­си Ипатьевская летопись (XV в.), в 1147 г. суздальский князь Юрий Долгорукий пригласил на совет в небольшой городок Москву новгород-северского князя Святослава Ольговича. «Приди ко мне, брате, в Москов»,— обра­щался Юрий к Святославу. Это было первое летописное упоминание о Москве. Однако это не значит, что 1147 г. следует считать годом основания Москвы. Труды ученых доказывают, что место, на котором находит­ся Москва, было населено примерно 5 тыс. лет назад.
Как прошла встреча двух князей, летописи до нас не донесли. Хотя можно предположить, что был заключен военный союз, в результате которого Юрий Долгорукий в целях защиты западных границ Суздальского княжест­ва построил города-крепости: Юрьев-Польский (1152), Дмитров (1154) и Москву (1156). В данном случае речь идет не об основании Москвы, а о сооружении крепост­ных укреплений — деревянных стен, положивших нача­ло строительству Кремля.
Правда, выстроенная Долгоруким цитадель, не была первым фортификационным сооружением на территории современного Кремля. Археологи доказали, что в начале XII в. здесь существовала небольшая крепость, возмож­но, замок местного феодала.
Итак, в 1156 г. на Боровицком холме возводится кре­пость с восьмиметровым валом и мощной по тем време­нам деревянной стеной, достигавшей 3 м в высоту и 1200 м в длину. Примерно в таком виде укрепление про­существовало до зимы 1237/38 г., когда полчища хана Батыя разграбили и сожгли Москву, а вместе с ней и Кремль.
За последующие два с лишним столетия много испы­таний выпало на долю Москвы и ее цитадели. Княжеские междоусобицы, иноземные нашествия, бесчисленные по­жары, казалось, должны были погубить город, стереть его с лица земли. Но Москва выстояла, более того, она стала центром, объединившим русских людей в борьбе за независимость.
Вместе с городом растет и крепнет Кремль. В 1339— 1340 гг. при Иване Калите возводятся мощные дубовые стены крепости, строятся оборонительные укрепления, а за ними — хоромы великого князя, митрополичьи пала­ты, белокаменные соборы. Москва становится политиче­ским и духовным центром Руси, а Кремль — резиденцией великих князей и митрополитов.
В 1367—1368 гг. князь Дмитрий Иванович (впоследствии названный Дмитрием Донским), опасаясь очеред­ного монголо-татарского нашествия, обносит крепость белокаменными стенами и башнями, расположенными примерно на расстоянии 60 м от прежних дубовых ук­реплений. Площадь Кремля достигает почти современ­ных размеров.
Куликовская битва (1380) явилась поворотным мо­ментом в истории Московского княжества. Она способ­ствовала освобождению Руси от монголо-татарского ига.
Большой урон нанесло Кремлю французское нашест­вие 1812 г. По приказу Наполеона были взорваны Водовзводная, 1-я Безымянная и Петровская башни, звонни­ца колокольни «Иван Великий». Повреждения получили Никольская башня, Арсенал, Боровицкая и Угловая Ар­сенальная башни. Работы по восстановлению велись в 1816—1819 гг. под руководством архитекторов О. Бове и Ф. Соколова.
В 30—40-х гг. XIX в. меняется планировка террито­рии Кремля — убираются старые обветшалые постройки, на их месте по проекту К. Тона возводятся Большой Кремлевский дворец (1838—1849) и здание Оружейной палаты (1844—1851).
Особой вехой в истории Кремля стали звезды, венча­ющие его башни. В 1935 г. было решено снять орлов со Спасской, Никольской, Боровицкой и Троицкой башен и установить на их месте пятиконечные звезды с серпом и молотом. Изготовили звезды из нержавеющей стали и красной меди по рисунку художника-декоратора Ф. Фе­доровского в мастерских Центрального аэрогидродина­мического института (ЦАГИ) и на московских заводах.
Знаки серпа и молота были выложены горным хруста­лем, аметистами, александритами, топазами и аквама­ринами. Ночью звезды подсвечивались специальными прожекторами.
Однако простояли эти звезды совсем недолго: под воздействием осадков, ветров и морозов потускнели са­моцветы серпов и молотов, да и размер звезд оказался несколько завышенным и нарушал конструкционную гар­монию башен. Федоровский изготовил новые эскизы звезд. Теперь они по своим параметрам соответствовали размерам башен. Ученые и инженеры разработали прин­ципиально новую конструкцию звезды из нержавеющей стали и рубинового стекла, освещаемую изнутри свето­техническими устройствами непрерывного действия, бла­годаря чему звезды излучали свет и днем и ночью.
7 ноября 1937 г. в московском небе вновь вспыхнули кремлевские звезды. Правда, теперь их было не четы­ре, а пять — прибавилась звезда на Водовзводной баш­не. Самые крупные сияли на Спасской и Никольской башнях (размах лучей 3,75 м); поменьше — на Троиц­кой и Боровицкой (размах лучей 3,5 и 3,2 м соответст­венно) и самая малая венчала Водовзводную башню (размах лучей 3 м). Несмотря на разные размеры, все пять звезд со стороны выглядели одинаково.
В   годы  войны   звезды  зачехлили   брезентом. Он не только маскировал Кремль от вражеских самолетов, но и  предохранял звезды от осколков зенитных снарядов. В  1945—1947 гг. звезды сняли с башен и реконстру­ировали: заменили остекление более совершенным, кото­рое состоит из рубинового стекла, хрусталя и молочного стекла, вновь позолотили грани  (на это ушло 27 кг зо­лота), улучшили осветительную систему. Мощность ламп (от 3,7 кВт до 5 кВт) теперь обеспечивает хорошую ви­димость  звезд  в   ночное  и  дневное время. Вес каждой звезды равен почти 1 т, однако они довольно легко вра­щаются   при   изменении  направления  ветра.
Московский Кремль сегодня — это главный историко-художественный комплекс столицы. Большие научно-ре­ставрационные работы, начатые здесь в первые годы Советской власти, продолжаются и поныне. С помощью ре­ставраторов восстановлены уникальные фрески соборов, интерьеры дворцов и палат, воссозданы внешний вид и окраска многих сооружений. Знакомство с достопримечательностями Кремля мы предлагаем начать с его стен и  башен.
Существующие СТЕНЫ И БАШ­НИ КРЕМЛЯ были выстроены при великом князе всея Руси Иване III Васильевиче в 1485—1495 гг. Возвели их итальянские архитекторы Антон Фрязин (Антонио Джи-ларди), Марко Фрязин (Марко Руффо), Петр Фрязин (Пьетро Антонио Солари), Алевиз Фрязин Старый (Алоизио да Каркано). Пусть вас не удивляет широко рас­пространенная среди зодчих фамилия Фрязин. Это не братья и даже не однофамильцы. Просто на Руси в то время «фрягами» или «фрязинами» называли итальян­цев.
Кремлевские башни по своей конфигурации делятся на круглые и четырехугольные. Это не прихоть архитек­тора, а своеобразный фортификационный прием. Распо­ложенный на Боровицком холме, Кремль в плане имеет неправильный треугольник площадью 27,5 га, с юга омы­ваемый Москвой-рекой, с северо-запада ограничиваемый Александровским   садом,   а   с   востока — Красной   пло­щадью. По углам треугольника располагались круглые башни — Угловая Арсенальная, Водовзводная и Беклемишевская, которые были наиболее прочными и позво­ляли вести обстрел вкруговую. В том месте, где к Крем­лю подходили важные стратегические дороги, возводи­лись мощные четырехугольные башни с проездными во­ротами— Спасская, Никольская, Троицкая, Боровицкая, Тайницкая,  Константино-Еленинская.  С  наружной сто­роны их защищали стрельницы. Остальные башни распо­лагались между угловыми и проездными и носили сугу­бо оборонительный характер. До XVII в.  (когда появи­лись шатры)  башни заканчивались зубцами, под кото­рыми были мащикули — навесные бойницы для ведения ближнего боя. Они сохранились до наших дней почти на  всех  башнях.
Общая длина кремлевских стен 2235 м, толщина от 3,5 до 6,5 м и высота от 5 до 19 м. От башни к башне можно пройти по боевому ходу шириной 2—4 м, проло­женному по верху стены. Снаружи его прикрывают 1045 двурогих зубцов высотой 2—2,5 м и толщиной 65— 70 см, изнутри — парапетная стенка. Когда-то над сте­ной была двускатная деревянная кровля, укрывавшая стрельцов в непогоду и предохранявшая стену от дождя, снега и ветра. В XVIII в. она сгорела и больше не восста­навливалась  за  ненадобностью.
В 1973 г. в Московском Кремле начались большие ремонтно-реставрационные работы. В числе других объек­тов были, конечно, стены и башни. На некоторых баш­нях были заменены поврежденные участки кладки. На Сенатской, Боровицкой, Водовзводной и Беклемишевской башнях черепичное покрытие шатров заменили листовой медью, изготовленной в виде черепицы. После пароводоструйной обработки поверхность стен и башен покрыли силикатной краской, а потом водоотталкивающей эмуль­сией, защитив их таким образом, от воздействия ветра и атмосферных осадков.
Московский Кремль имеет 20 башен. Самая «стар­шая» из них Тайницкая (1485), самая «юная» — Цар­ская (1680). Мы не будем описывать все башни, рас­скажем лишь о наиболее важных, сыгравших существен­ную роль в жизни и архитектурном облике Кремля.
Спасская (Фроловская) башня (высота вместе со звездой 71 м). Она по праву считается самой красивой и самой стройной башней кремлевского ансамбля. Архи­тектор Пьетро Антонио Солари, воздвигнувший ее в 1491 г., по сути дела, положил Спасской башней начало строительству восточной линии укреплений Кремля.
Башне главного въезда в Кремль Солари придал су­ровый облик крепостного сооружения. Впоследствии от отводной стрельницы через ров, проложенный по Крас­ной площади в 1508—1516 гг., был перекинут подъемный мост. На фасаде башни и сейчас можно разглядеть от­верстия, через которые пропускались цепи для подъема и спуска моста, а в проходе ворот—пазы, по которым хо­дила металлическая решетка (герса).
Первоначально башня называлась Фроловской, веро­ятно, оттого, что неподалеку была расположена церковь Фрола и Лавра. В 1658 г. специальным царским указом она была переименована в Спасскую. Новое название бы­ло связано с иконой Спаса Нерукотворного, помещенной над воротами со стороны Красной площади. Сама ико­на не сохранилась, но место, где она была, хорошо вид­но. В 1624—1625 гг. русский архитектор Важен Огурцов и английский мастер Христофор Головей возвели над башней многоярусный верх, заканчивавшийся каменным шатром. Это было первое шатровое повершие в кремлев­ских башнях.
Но не только шатром украсилась башня. Нижний чет­верик ее (часть здания, имеющая в плане квадратную форму) завершили белокаменный кружевной арочный пояс, башенки, пирамидки. Над нишами аркатурного по­яса появились фантастические фигурки («болваны»), наготу которых по приказу царя Михаила Федоровича стыдливо прикрыли специально сшитыми одеждами: не­прилично было в те времена выставлять «нагие» скульп­туры.
Много хлопот доставили эти фигурки при послед­ней реставрации башни (1974). Время и непогода силь­но разрушили их. Пришлось восстанавливать некоторые детали, а иногда просто воссоздавать фигурки. Резали их вручную и устанавливали, как встарь, насаживая каж­дую скульптуру на специальный металлический штырь, который закрепляли расплавленным свинцом.
Но вернемся в XVII в. В 1625 г. на Спасской башне под руководством английского мастера Христофора Головея русскими кузнецами-часовщиками Жданом, его сыном Шумило Ждановым и внуком Алексеем Шумило­вым были установлены часы. 13 колоколов для них от­лил литейщик Кирилл Самойлов. С помощью специаль­ных механизмов они «играли музыку». Часы эти были не первыми на Спасской башне. Есть предположение, что еще в 1491 г., сразу же после постройки башни, на ней появились часы. Но это только предположение. Летопис­ные упоминания о часах на Спасской башне относятся лишь к XVI в. Их и сменили часы англичанина Головея.
Часы Головея отмеряли время дневное и ночное, обозначенное буквами и цифрами. Стрелок на цифер­блате не было. Он вращался, подводя цифру к специаль­ной отметине. В 1706—1709 гг. по приказу Петра I эти часы заменили голландскими, прослужившими с некото­рым перерывом до середины XIX в. Современные куран­ты были изготовлены братьями Н. и П. Бутеноп в 1851— 1852 гг. и установлены на 8—10 ярусах Спасской башни. В октябрьские дни 1917 г. в часы попал снаряд, и они остановились. В августе — сентябре 1918 г. по указанию В. И. Ленина они были восстановлены часовщиком Н. Беренсом. Исполняли часы «Интернационал» и «Вы жертвою пали...».
Циферблаты курантов диаметром 6,12 м выходят на четыре стороны башни. Их ободы, цифры и стрелки в 1937 г. были позолочены. Высота римских цифр 0,72 м, длина часовой стрелки 2,97 .м, минутной — 3,27 м.
Бой часов производится при помощи молотка, соеди­ненного с механизмом и колоколом. Первоначально ча­сы заводились вручную, с 1937 г. их заводят с помощью трех электромоторов.
Сенатская башня (высота 34,3 м). Она расположена сразу же за Спасской, позади Мавзолея В. И. Ленина. Башни не только соседки, но и ровесницы — обе постро­ены в 1491 г., более того, не только ровесницы, но и близкие «родственницы»: обе имеют одного и того же «родителя» — архитектора Пьетро Антонио Солари.
В общем фортификационном комплексе Сенатская башня выполняла сугубо оборонительные функции — за­щищала Кремль со стороны Красной площади. Долгое время она была безымянной. Свое название башня полу­чила после того, как на территории Кремля в 1787 г. М. Казаковым было построено здание для Сената, купол которого, увенчанный красным флагом, хорошо виден с Красной площади.
Никольская башня (высота со звездой 70,4 м). Эту башню, как и две предыдущие, построил Солари и тоже в 1491 г. Название ее одни связывают с иконой Николая Чудотворца, помещавшейся над проездными воротами стрельницы, другие — с Никольским греческим монасты­рем. Как и во всех проездных башнях, здесь были подъемный мост через ров, а на воротах — герсы (защитные решетки).
Никольская башня дольше всех сохраняла свои древ­ние архитектурные формы. Лишь в конце XVIII в. (1780) она была надстроена круглым верхом с довольно низким шатром. В начале XIX в. архитектор А. Руска капитально перестроил башню, заменив прежнюю над­стройку готическим верхом с ажурными украшениями и высоким шатром. Эти украшения и четыре стройные башенки по углам нижнего четверика отличают Никольскую башню от других башен Кремля.
В 1812 г. французы, отступая из Москвы, взорвали башню. Восстановил ее, как и другие постройки Кремля, архитектор О. Бове в 1816 г. В дни октябрьских боев 1917 г. Никольская башня пострадала от артиллерийско­го обстрела. По прямому указанию В. И. Ленина она бы­ла восстановлена в 1918 г. архитектором Н. Марковниковым.
Угловая Арсенальная башня (высота со стороны Александровского сада 60,2 м). Этой башней Солари в 1492 г. завершил линию обороны Кремля со стороны Красной площади. По замыслу архитектора, она долж­на была быть самой мощной угловой башней. Широкое основание, могучие, четырехметровой толщины, стены придают ей большую устойчивость.
Башня выполняла не только оборонные функции. В ее подземелье находился сохранившийся до наших дней тайный колодец, которым в случае долгой осады мог пользоваться гарнизон крепости. Здесь же был тайный выход к реке Неглинной, впоследствии заложенный.
Первоначально башня называлась Собакиной, по фа­милии бояр Собакиных, чьи хоромы располагались непо­далеку. Лишь в начале XVIII в., после того как был по­строен Арсенал, башня получила современное название.
Во время Отечественной войны 1812 г. Арсенальная башня частично пострадала от взрыва Арсенала и Ни­кольской башни: были сорваны верхний шатрик с выш­кой, на нижнем массиве появились трещины. Восстано­вительные работы здесь велись под руководством О. Бове в 1816—1819 гг.
Троицкая башня (высота со звездой со стороны Алек­сандровского сада 80 м). Если Угловой Арсенальной баш­ней завершалась линия обороны Кремля со стороны Красной площади, то Троицкой башней (1495—1499) ар­хитектор Алевиз Фрязин Старый завершил возведение укреплений со стороны реки Неглинной, позднее Алек­сандровского сада.
По внешнему виду и параметрам Троицкая башня напоминает Спасскую. Сходство это не случайное. Зна­чение ее для западного фасада Кремля такое же, как Спасской для восточного. Зодчий, надстраивавший баш­ню в 1685 г., учел это и придал ее шатровому заверше­нию почти такое же декоративное убранство, как и у Спасской.
Башня шестиэтажная, с глубокими двухэтажными подвалами, служившими для оборонных целей, а позднее (в XVI—XVII вв.) использовавшимися как тюрьма. Документы свидетельствуют, что в 1585 г. на Троицкой башне были часы. В 1812 г. они сгорели.
Во время последних реставрационных работ, которые проводились в Кремле, на Троицкой и Боровицкой баш­нях были установлены часы. В них использован электро­механический принцип хода. В помещении неподалеку от Спасской башни имеются «первичные» стандартные часы, которые идут синхронно с курантами. От них по электрическому кабелю и питаются «вторичные» меха­низмы на других башнях. Точность их хода гарантиру­ется системой «обратного контроля» — любая погреш­ность устраняется на расстоянии с пульта управления.
Современное название башня получила в 1658 г. от Троицкого подворья в Кремле. До этого она называлась Ризположенской, Знаменской, Куретной по расположен­ным в Кремле церквам Ризположения, Знаменской и Ка­ретному двору. Каменный мост, ведущий к башне, носит название Троицкого, въезд на него прикрывает Кутафья башня.
Кутафья башня   (высота   13,5 м). Это единственная сохранившаяся из предмостных башен Кремля, которые служили для защиты мостов, ведущих в крепость. До сих пор у историков нет единого мнения о происхождении названия этой башни. Большинство все же склоняется к тому, что название башни происходит от ее формы: как свидетельствует словарь В. Даля, в русских народных говорах словом «кутафья» обозначалась «неуклюже, безобразно одетая женщина».
Башня была построена в начале XVI в. Она состо­яла из двух боевых ярусов, на верхней площадке были навесные бойницы. В 1685 г. башню украсили ажурным декоративным верхом.
По замыслу архитектора Алевиза Фрязина Старого, Кутафья башня была окружена рвом. Подъемные мосты через него вели к боковым башенным воротам. Сейчас у боковых ворот можно видеть сохранившиеся щели для цепей подъемных механизмов. Сквозной проезд на Ма­нежную улицу был открыт в 1867 г. во время ремонтных работ.
Боровицкая башня (высота со звездой 54,05 м). Пьетро Антонио Солари построил эту башню в 1490 г. на Бо­ровицком холме, откуда пошла Москва. Интересно, что по указу царя Алексея Михайловича 16 апреля 1658 г. Боровицкая башня была переименована в Предтеченскую по церкви Рождества Предтечи в Кремле, впослед­ствии разобранной при строительстве Оружейной пала­ты. Однако, несмотря на царский указ, старое название башни все же выжило, победило и дошло до наших дней.
Боровицкая башня имеет весьма своеобразную фор­му. Аналогичную ступенчатую пирамиду можно видеть в Казани — у башни царицы Сююмбеки, Мощное, квад­ратное в плане основание продолжается тремя уменьша­ющимися кверху четырехгранниками. Вся конструкция завершается открытым восьмериком (часть здания, име­ющая в плане восьмигранную форму) с высоким камен­ным шатром.
Стрельница в этой башне находится не спереди, как в других башнях Кремля, а сбоку с учетом поворота стены. Здесь можно видеть отверстия, через которые проходили цепи подъемного моста, разобранного в 1821 г., а в проезде ворот—- вертикальные пазы для за­щитной решетки.
В отличие от парадных Спасских и Троицких ворот Боровицкие имели сугубо утилитарное назначение: че­рез них проезжали к хозяйственным постройкам — Жит­ному и Конюшенному дворам.
Водовзводная башня  (высота со звездой 61,85 м).
Юго-западный угол кремлевской крепости охраняла Водовзводная башня — одна из красивейших построек всего ансамбля, возведенная архитектором Антоном Фрязином в 1488 г.
Современное название башня получила в 1633 г. пос­ле установки в ней водоподъемной машины для подачи воды из Москвы-реки в Кремль. До этого она называ­лась Свибловой, по имени бояр Свибловых, чей двор при­мыкал к башне со стороны Кремля.
Башня построена в классическом стиле. До середины высоты она выложена чередующимися поясами высту­пающей и западающей кладки. Узкая полоска белого камня, охватывающая башню в средней ее части, как бы подчеркивает аркатурный пояс. Завершают башню зуб­цы в виде «ласточкиных хвостов» с прорезями для стрельбы. Аркатурный пояс, машикули, «ласточкины хво­сты» раньше не встречались в русской архитектуре кре­постных сооружений и были применены здесь впервые. Шатер над башней был возведен в конце XVII в. Слу­ховые окна в нем украшены тосканскими портиками с колонками и фронтонами. В 1812 г. отступавшие из Мо­сквы французские войска взорвали башню. Восстановил ее в 1816—1819 гг. О. Бове.
Тайницкая башня (высота 38,4 м). Строительство этой башни — она расположена через одну от Водовзводной — положило начало возведению кремлевских укреп­лений XV в. Иван III поручил итальянцу Антону Фрязину перестройку в кирпиче обветшавшего белокаменного Кремля времен Дмитрия Донского.
Перестройка началась со стороны Москвы-реки, отку­да Кремлю чаще всего угрожали ордынцы. В мае 1485 г. Антон Фрязин закладывает двухъярусную проездную башню, снабженную навесными бойницами и отводной стрельницей с подземным ходом в сторону Москвы-реки. В башне был устроен тайник-колодец. Благодаря этому колодцу и подземному ходу и появилось столь интригую­щее название. В конце XVII в. над башней был возведен шатер.
К сожалению, башня, созданная Антоном Фрязином, до нас не дошла. В 1770 г. ее снесли: в Кремле по про­екту В. Баженова приступали к строительству Кремлев­ского Дворца. Однако уже в 1771 —1773 гг. башня была восстановлена по обмерным чертежам М. Казакова в размерах и архитектурных деталях, разработанных Ан­тоном Фрязином, с последующей надстройкой шатрового верха.
В 60-х гг. прошлого века к воссозданной башне при­строили отводную стрельницу, где располагались орудия салютационной батареи, В 1930 г. стрельница была разо­брана, а ворота и тайники заложены.
Беклемишевская (Москворецкая) башня (высота 46,2 м). Эта башня расположена в юго-восточном углу кремлевского треугольника. Возвел ее в 1487 г. италь­янский архитектор Марко Фрязин, его также называли Марко Руффо.
Название башни связано с фамилией реального исто­рического лица — боярина И. Берсеня-Беклемишева, чей двор примыкал к ней со стороны Кремля. Тяжело сло­жилась судьба боярина. В 1525 г. за выступление про­тив политики великого князя Василия III он был каз­нен, двор его перешел в казну и был превращен (кстати, и башня тоже) в тюрьму.
В обороне Кремля Беклемишевская башня выполня­ла весьма ответственную функцию. Она первая принима­ла на себя удар вражеских полчищ, так как находилась на стыке Москвы-реки со рвом. Этим, вероятно, объясня­ется весьма лаконичное архитектурное решение башни: высокий и стройный цилиндр поставлен на скошенный белокаменный цоколь и отделен от него полукруглым валиком. И больше ничего, что могло бы нарушить образ боевой стрельницы. В подвале башни был устроен тайник-слух для предупреждения подкопа.
В XVII в. башню надстроили многогранным высоким Шатром, который смягчил ее крепостную суровость. В на­чале XVIII в. в ожидании возможного наступления шведов по приказу Петра I у подножия башни насыпали земляные валы и растесали ее бойницы для установки более мощных орудий.
У башни есть еще одно название — Москворецкая, появилось оно, по всей вероятности, от Москворецкого моста, расположенного поблизости.
Константино-Еленинская башня (высота 36,8 м). От Беклемишевской башни кремлевская стена, идущая вдоль Москвы-реки, круто поворачивает в сторону Крас­ной площади. Здесь, на бывшем Васильевском спуске, расположено несколько башен. Первая после Беклеми­шевской стоит Константино-Еленинская, построенная Пьетро Антонио Солари в 1490 г. на месте Тимофеевских ворот белокаменного Кремля, через которые Дмитрий Донской в 1380 г. выезжал на Куликовскую битву.
Название свое башня получила от располагавшейся неподалеку церкви Константина и Елены. Первоначаль­но башня была проездной, имела отводную стрельницу и подъемный мост. В XVIII в. стрельницу и мост слома­ли, а потом заложили и ворота. Сейчас хорошо видны арка ворот, над ней углубления для надвратной иконы и следы от вертикальных щелей для механизма подъема моста.
Набатная башня (высота 38м). Построенная в 1495 г., эта башня получила свое название от набатного колоко­ла, оповещавшего  москвичей  о надвигавшихся событи­ях или опасности. Помните, у Лермонтова:

Как на площади народ собирается,
Заунывный гудит, воет колокол,
Разглашает всюду весть недобрую.

Последний колокол за разглашение «недоброй вести» был жестоко «наказан» Екатериной II. В 1771 г. в Моск­ве вспыхнул Чумной бунт. Тревожно загудел набат, при­зывая москвичей в Кремль. После подавления восстания разгневанная императрица приказала отрезать у коло­кола язык.
Более 30 лет провисел онемевший колокол на башне. В 1803 г. он был снят и передан сначала в Арсенал, а затем в 1821 г.— в Оружейную палату.
Царская башня (высота с флюгером 16,7 м). Это са­мая молодая и самая маленькая башня Кремля. Ког­да-то здесь была небольшая деревянная башенка, с ко­торой, как утверждают легенды, царь Иван IV Василье­вич любил наблюдать за событиями, происходившими на Красной площади,— отсюда и название башни, выстро­енной на месте деревянной в 1680 г.
Белокаменные пояски на столбах, высокие пирамидки по углам с позолоченными флажками, шатер, завершаю­щийся золоченым изящным флюгером,— все это придает башне вид сказочного терема.
Много хлопот доставила Царская башня во время реставрации Кремля, проходившей в 1970-х гг. Оказалось, что столбы башенки полностью утратили прочность, более того, раствор, скреплявший ее кирпичи, почти выветрился. Замена поврежденной кладки потре­бовала большого умения от мастеров-каменщиков, проводивших реставрационные работы.
Итак, вы познакомились со стенами и основными башнями Московского Кремля. Теперь мы предлагаем вам через Боровицкие ворота войти в Кремль и осмот­реть его златоверхие соборы, величественные дворцы, при­чудливые терема. Глубокая древность соседствует здесь со средневековьем, а средневековье — с современностью. Но многочисленные наслоения веков не нарушают строй­ности этого замечательного архитектурного ансамбля.
В истории Кремля отдельные его памятники связаны с именами великих князей, царей и духовных лиц. Но не они истинные творцы Московского Кремля. Подлин­ными создателями художественных ценностей этого вы­дающегося памятника древнерусской культуры был на­род— простые каменщики, плотники, ремесленники, жи­вописцы. Именно они построили, а затем украсили эти дворцы, терема, соборы. Именно их руками созданы ве­личайшие шедевры иконописи и прикладного искусства, которыми мы сегодня любуемся и гордимся.
Ваша экскурсия по Кремлю начинается от Боровиц­ких ворот. Слева по ходу маршрута расположено высо­кое здание, верхние этажи которого украшены резными колоннами на манер древнерусских теремов. Здесь раз­мещаются уникальные коллекции декоративного и при­кладного искусства старейшего в России му­зея — ОРУЖЕЙНОЙ ПАЛАТЫ.
На протяжении многих столетий — с XIV и до начала XIX в.— она была сокровищницей московских великих князей и русских царей. На ее складах хранилось цар­ское оружие, изготовленное мастерами Москвы и других русских городов. Здесь же находились и мастерские Ору­жейного приказа, где работали не только оружейники, но и чеканщики, эмальеры, серебряники, художники-изогра­фы, собранные со всех концов Руси.
Пополнялась  царская  сокровищница  и за счет даров, привозимых в Москву иностранными послами. По­степенно кремлевские мастерские из случайного скопле­ния бытовых вещей превратились в собрание историче­ских предметов, которые в 1806 г. оформились как му­зей. Помещение для него было в 1806—1812гг. построено архитектором И. Еготовым. По свидетельству современ­ников, здание музея по великолепию и монументально­сти не уступало соседним Сенату и Арсеналу. Однако в 60-е гг. XIX в. (когда там уже не было музея) оно было перестроено и приспособлено под солдатские казармы. В  1851 г. по проекту архитектора К. Тона было по­строено новое здание для Оружейной палаты, где она находится и поныне.
Коллекции Оружейной палаты размещены на двух этажах. В экспозиции представлено огнестрельное и хо­лодное оружие, золотые и серебряные изделия работы русских и западноевропейских мастеров от XII до начала XX в., церковные одежды и ткани XIV—XIX вв., древние государственные регалии, предметы парадного конского убранства.
В залах недавно отреставрированного музея вас ждут встречи с работами древнерусских мастеров, которые вот уже много веков продолжают восхищать людей. Среди них и шлем князя Ярослава Всеволодовича (XII в.), и великокняжеские оплечные бармы, колты, серьги, перст­ни из Рязанского клада XII в., и оклад XIII в. на икону Владимирской богоматери, и великолепные чаши, бра­тины, потиры, седла, кареты, троны, свидетельствующие о большом мастерстве и высокой духовной культуре на­ших предков.
В нижнем этаже здания Оружейной палаты разме­стилась ПОСТОЯННАЯ ВЫСТАВКА «АЛМАЗНЫЙ ФОНД». Здесь экспонируются драгоценные кам­ни, самородки, шедевры мирового ювелирного искусства, в том числе бывшие коронационные регалии, имеющие большую историческую и художественную ценность.
Выставка открылась в 1967 г. в дни юбилейных тор­жеств, посвященных 50-летию Советского государства. Однако собрание фонда начало складываться значитель­но раньше. Основоположником его был Петр I, который определил «государству принадлежащие вещи». Среди них были держава, корона, скипетр, ключ и меч. Одно­временно императором был установлен порядок хранения ценностей по принципу тройственной ответственно­сти. Сокровища находились в сундуке за тремя замка­ми. Ключами от каждого замка владели три разных человека. Только сойдясь вместе, они могли вскрыть сундук.
За годы и века собрание «коронных драгоценностей» значительно увеличилось и занимало уже восемь сунду­ков. Во время первой мировой войны их эвакуировали из Петрограда в Москву и поместили в хранилища Оружей­ной палаты. Время было суровое, беспокойное — импе­риалистическая война, революция, гражданская война. О сокровищах забыли, тем более что документы об их сдаче и приемке где-то затерялись, а может быть, их и вовсе не было.
Восемь лет простояли эти восемь сундуков, ожидая своего часа. В марте 1922 г. в Кремле начала работать комиссия по учету и сосредоточению ценностей. Каково же было удивление членов комиссии, когда, вскрыв неиз­вестные сундуки, они увидели драгоценности Бриллиан­товой комнаты Зимнего дворца! В том же 1922 г. был выделен из государственного хранилища Алмазный фонд нашей страны, включающий самые выдающиеся камни и ювелирные изделия.
Расскажем о некоторых экспонатах этого уникально­го музея. В специальном зале хранятся семь всемирно известных исторических камней, имеющих мировое зна­чение. Открывает это собрание уникумов алмаз «Орлов» (вес 189,62 карата), венчавший императорский скипетр. Его преподнес вместо букета Екатерине II Григорий Ор­лов, купивший камень у известного ювелира Лазарева за 400 тыс. руб.
Судьба другого камня — «Шаха» (88,7 карата) — свя­зана с трагическими событиями. В 1829 г., опасаясь ра­стущего русского влияния в Персии, агенты английской дипломатической службы натравили в Тегеране толпу разъяренных фанатиков на русскую миссию. Здание было разгромлено, посланник А. С. Грибоедов, автор ко­медии «Горе от ума», убит. Инцидент вот-вот грозил пе­рерасти в серьезный конфликт между Персией и Россией. Во искупление вины персидский шах послал Николаю I этот изумительный алмаз.
В 1762 г. для коронации Екатерины II ювелиром Позье была изготовлена Большая императорская корона, на которую пошло 5 тыс. алмазов. Венчает все это алмазное великолепие красный шпинель весом 398,72 ка­рата— один из немногих красных камней Бриллианто­вой комнаты.
Но на выставке представлены экспонаты и менее со­лидного   возраста,   т. е.   камни   и   самородки,   добытые сравнительно недавно, а также ювелирные изделия, вы­полненные советскими мастерами. Сегодня «Орлов» ус­тупил  место алмазу весом 342,57 карата, добытому из легендарной  трубки  «Мир»  и названному  «XXVI съезд КПСС»; есть алмазы и «60 лет ВЛКСМ», «Великий по­чин», «60 лет Октября».   Эти   названия   увековечивают знаменательные события нашей страны. Некоторым кам­ням, отличающимся особой  чистотой, присвоены имена революционеров,    наших    выдающихся    современников. Так, есть в коллекции алмазы «Революционер И. Бабуш­кин», «Юрий Гагарин», «Валентина Терешкова»...
«Таковы алмазы Алмазного фонда. Описать их нель­зя. Мое беглое и сухое перечисление есть лишь бледная тень этого богатейшего в мире собрания прекрасных кам­ней»,— писал 60 с лишним лет назад, поэт камня акаде­мик А. Ферсман.
Всего несколько десятков метров отделяют здание Оружейной палаты от еще одного архитектурного ше­девра — БОЛЬШОГО КРЕМЛЕВСКОГО ДВОРЦА.
Чугунная табличка на торце здания сообщает, что дворец был построен в 1838—1849 гг. по проекту архи­тектора К. Тона при участии большой группы московских архитекторов и художников. Вытянутый фасад здания как бы «поддерживает» горизонталь кремлевской стены, а ритмика дважды повторенных горизонтальных линий подчеркивает и усиливает ширь речной долины.
Большой Кремлевский дворец — это сложный архи­тектурный комплекс гражданских и церковных зданий, возведенных в XIV—XIX вв. Помимо здания дворца, за­конченного строительством в 1849 г., в него входят Гра­новитая палата и Святые сени, Золотая Царицына пала­та, Теремной дворец, дворцовые соборы и церкви, по­строенные в XIV—XVII вв.
Нет надобности описывать все помещения дворца — их более 700. Остановимся лишь на самых значительных, представляющих как архитектурно-художественный, так и исторический интерес.
Зал заседаний. Зал был сооружен в 1934 г. к от­крытию XVII съезда партии в результате перестройки и объединения Александровского и Андреевского залов (архитектор И. Иванов-Шиц). Площадь зала около 1615 м2, высота 18 м. Одновременно в нем может разместиться до 3 тыс. человек. Депутатские места распо­ложены в партере и снабжены специальной радиоаппа­ратурой, позволяющей слушать выступления ораторов на 30 языках. Балкон предназначен для приглашенных гостей; слева и справа от него находятся ложи прессы, вдоль северной стены тянутся ложи представителей дипломатического корпуса.
Георгиевский зал — самый величественный и самый красивый зал дворца. Посвящен он военному ордену Ге­оргия Победоносца, учрежденному для награждения офи­церов и генералов за боевые отличия. Девиз ордена: «За службу и храбрость». Соответствует названию и отделка зала: статуи победы (скульптор И. Витали), венчающие 18 цинковых витых колонн; беломраморные доски, вмон­тированные в стены, где золотом сияют названия воин­ских подразделений, удостоенных ордена св. Георгия, и имена георгиевских кавалеров, которых было всего 25, среди них полководцы А. Суворов и М. Кутузов; бронзо­вые золоченые люстры, заливающие ярким светом мра­морные стены; узорчатый ковер паркета, набранный из 20 ценных пород дерева. Длина зала 61 м, ширина — 20,5 м, высота — 17,5 м.
В этом зале обычно вручают ордена и медали. В 1945 г. здесь состоялся торжественный прием участ­ников парада Победы; в 1947 г. в Георгиевском зале де­легации Москвы был вручен орден Ленина, которым на­градили столицу в ознаменование 800-летия; в 1961 г здесь чествовали вернувшегося из космоса Юрия Гага­рина.
Владимирский зал. Этот восьмигранный зал, назван­ный в честь ордена святого Владимира, расположен ря­дом с Георгиевским. Он соединяет дворец, построенный в XIX в., с постройками XV, XVI и XVII вв. Стены зала облицованы розовым мрамором, с потолка свешивается золоченая люстра с ажурным рисунком.
Грановитая палата, построенная Марко Фрязином и Пьетро Антонио Солари в 1487—1491 гг., является од­ним из самых первых гражданских сооружений Москвы. Здание палаты с четким силуэтом простого прямоуголь­ного объема отличается необычным убранством главного фасада. Он облицован четырехгранным белым извест­няком (отсюда и название палаты), начинающимся от подклетного этажа и заканчивающимся ниже кар­низа.
Первый этаж палаты, предназначавшийся для хозяй­ственных нужд, особого интереса не представляет. Под­линным архитектурным шедевром является второй этаж — огромный квадратный зал площадью 495 м2 с крестовыми сводами, опирающимися на центральный столб. Днем зал освещается через 18 окон, расположен­ных с трех сторон, а вечером — четырьмя круглыми мас­сивными люстрами XIX в., напоминающими древние нов­городские паникадила.
Живопись на стенах палаты неоднократно менялась. Первоначально это были рисунки на библейские темы. В 1668 г. царский изограф Симон Ушаков подновил сте­нопись и составил подробную опись сюжетов. После это­го в судьбе палаты было много трагических страниц: пожары, разрушения, записи старых фресок.
В 1882 г. художники из Палеха братья Белоусовы восстановили роспись стен Грановитой палаты по описи Симона Ушакова. В этом виде она дошла до наших дней. Советские ученые и реставраторы бережно сохраняют стенопись палаты — замечательный памятник древнерус­ского искусства.
Грановитая палата была построена для торжествен­ных церемоний. Здесь устраивались приемы, отмечались победы русских войск — взятие Казани Иваном IV в 1552 г., полтавская победа в 1709 г. В наши дни в Гра­новитой палате происходят официальные правительственные приемы, заседания государственного значения, вручаются награды.
Святые сени. В древности в парадные покои Грано­витой палаты попадали через Святые сени — продолгова­тую комнату, перекрытую сомкнутым сводом, украшен­ным позолоченным каменным «кружевом». Особую тор­жественность и пышность им придают шесть порталов с резными дверями. Правда, войти в Грановитую пала­ту из Святых сеней можно только через один. Совре­менный вид Святые сени получили в 40-х гг. позапрошлого века. Тогда же художником Ф. Завьяловым были распи­саны их стены на библейские и исторические сюжеты.
Теремной дворец. Этот интересный памятник архи­тектуры и быта XVII в. построили в 1635—1636 гг. для царя Михаила Федоровича русские зодчие Б. Огурцов, А. Константинов, Т. Шарутин и Л. Ушаков. Он привлекает каким-то особым национальным колоритом: резные белокаменные детали, изразцы, железные кованые кров­ли, яркие, красочные, живописные.
Все помещения дворца почти одинаковы по площади. Каждое имело свое назначение. В Передней собирались бояре, ожидая выхода царя, в Крестовой, или Гостиной, происходило «сидение царя с бояры», а иногда прини­мались иностранные послы, в Престольной, или Царском кабинете, самые близкие царю люди били ему челом. Среднее окно этой комнаты называлось Челобитным. Из него на площадь опускался ящик, куда можно было класть челобитные грамоты. Вероятно, бюрократы были и в Древней Руси, так как челобитчики подолгу не по­лучали ответов на свои жалобы. Именно тогда родилось выражение «отложить дело в долгий ящик».
Рядом с Престольной находилась Опочивальня, а из нее можно было пройти в Молельню.
Царские апартаменты отличались красотой и рос­кошью. Цветная слюда в окнах, яркие изразцовые печи, резные золоченые киоты с дорогими крестами, сочная настенная живопись, изобиловавшая позолотой,— все это призвано было удивить, поразить, ошеломить.
К сожалению, первоначальная живопись стен двор­ца, выполненная Симоном Ушаковым, не сохранилась. Та роспись, которая дошла до наших дней, сделана в XIX в. художником Т. Киселевым по рисункам академи­ка Ф. Солнцева.
В конце 1960-х гг. был восстановлен первоначальный внешний облик трех верхних ярусов и теремов. И вновь на ярко-красных стенах дворца засияли белые налични­ки, восхищая людей своим каменным кружевом.
Верхние ярусы теремов хорошо видны со стороны СОБОРНОЙ ПЛОЩАДИ — следующего объекта вашей экскурсии. Вы проходите вдоль фасада Большого Кремлевского дворца, огибаете Благовещенский собор и выхо­дите на одну из древнейших площадей Москвы. Возник­ла она в начале XIV в., когда здесь начали возводить каменные храмы.
С северной стороны площадь ограничивает Успенский собор, с южной — Архангельский, с юго-западной — Бла­говещенский, с восточной — колокольня «Иван Великий»; в северо-западной части площади, около Успенского со­бора, приютилась изящная церковь Ризположения, а неподалеку стоят Патриаршие палаты с домовой церковью Двенадцати апостолов.
Но Соборная площадь интересна не только своей ар­хитектурой. Над оформлением интерьеров ее соборов ра­ботали многие прославленные художники XV—XVII вв.: Дионисий, писавший фрески и иконы для Успенского со­бора, его сын Феодосий, украсивший фресками Благове­щенский собор, Симон Ушаков, Тихон Фнлатьев, Дорофей Ермолаев-Золотарев и многие другие.
Экскурсию по Соборной площади мы предлагаем на­чать с Успенского собора, далее рекомендуем осмотреть Благовещенский и Архангельский соборы, церковь Ризположения, Патриаршие палаты с церковью Двенад­цати апостолов, звонницу и колокольню «Иван Вели­кий».
Успенский собор (1475—1479). Это один из древней­ших храмов Кремля. Возводился он, как и другие крем­левские соборы, на месте церкви, относящейся к 1326— 1327 гг. Строил собор приглашенный Иваном III италь­янский зодчий А. Фиораванти. Образцом для первопре­стольного храма Москвы послужил древний Успенский собор города Владимира.
Собор отличается изысканной простотой оформления фасадов, необычайной цельностью объема. Пять мощных барабанов заканчиваются золочеными куполами, напо­минающими шлемы древнерусских воинов. Гладкие пи­лястры делят стены здания на равные плоскости — пряс­ла, каждая из которых имеет полукруглое завершение — закомару. С южной, западной и северной сторон собор украшает фриз из узких арочек.
Главный вход в храм расположен со стороны Собор­ной площади. Широкая лестница завершается порталом из трех полукруглых арок. Вход в здание как бы охра­няют архангел Михаил и ангел-хранитель; выше в арки вписаны фигуры святых. Над ними — изображение богоматери с младенцем. Эти многоцветные фрески исполне­ны неизвестными русскими художниками XVII в.
Успенский собор строился не только как главный храм Русского государства. Здесь венчались на царство русские цари, на церковных соборах избирались митро­политы и патриархи, оглашались важнейшие государст­венные указы.
Для росписи потолка и стен собора были приглашены выдающиеся русские мастера того времени. В алтарной части, например, сохранилось несколько сюжетов, выпол­ненных Дионисием и его помощниками: «Поклонение волхвов», «Похвала богоматери», «Рождество Иоанна Предтечи», «Сорок севастийских мучеников». В цент­ральной части собора, на каменной преграде, можно ви­деть полуфигуры «преподобных» (святых монахов), при­надлежащие кисти художников артели Дионисия.
О Дионисии до нас дошли весьма скудные сведения. Предполагают, что он родился в 40-х гг. XV в., а умер не позднее 1508 г. Помимо Москов­ского Кремля он работал в Иосифо-Волоколамском, Пафнутьево-Боровском, московском Спасо-Чичаговском монастырях. Многие творения ху­дожника погибли. Самая известная из его сохра­нившихся работ — фресковая роспись храма Рождества Богородицы в Ферапонтовом мона­стыре близ Вологды.
Фрескам и иконам этого художника присущи черты декоративности и нарядности. Творчество его   способствовало   распространению на Руси торжественного и праздничного искусства Моск­вы, ставшего позже общерусским. К сожалению,  многие фрески, написанные старыми мастерами, погибли. Та роспись, которую вы видите сегодня, - это в основном реставрированные фрески XVII— XVIII вв.
На протяжении столетий в Успенском соборе накап­ливались иконы, созданные выдающимися русскими жи­вописцами. Самая древняя икона собора— «Георгий» (перед иконостасом). Специалисты считают, что она была написана новгородским мастером в начале XII в. Неизвестный художник, не отступая от канонов об­щепринятой византийской иконографии, сумел создать идеальный образ воина своего времени, передал народное представление о герое, готовом встать на защиту добра и справедливости.
К числу наиболее интересных принадлежит и икона «Спас Ярое око», написанная в середине XIV в. Пример­но к этому же периоду относится икона «Троица». Прав­да, большая часть ее находится под записью 1700 г., жи­вописи же XIV в. принадлежат лишь раскрытые рестав­раторами голова правого ангела и часть фигуры Сарры. В центре первого ряда иконостаса в специальном киоте помещена икона «Владимирская богоматерь» работы ху­дожника круга Андрея Рублева (начало XV в.).
Группу икон собора связывают с именем Дионисия и близких к нему художников. Это «Митрополит Петр в житии», «О тебе радуется», «Апокалипсис». Как считают искусствоведы, непосредственно Дионисием написана икона «Митрополит Петр в житии». Вокруг фигуры Пет­ра художник расположил «клейма» — сцены с изображением реальных и вымышленных событий из жизни митрополита.
Интерес представляет и иконостас собора, выполнен­ный в 1652—1653 гг. живописцами Троице-Сергиева мо­настыря. Правда, в 1682 г. иконы пострадали от пожара и были поновлены царскими изографами Кириллом Ула­новым, Георгием Зиновьевым и Тихоном Филатьевым.
Помимо произведений живописи в Успенском соборе имеются интересные памятники прикладного искусства: «Мономахов трон» — царское место Ивана IV Василье­вича, изготовленное неизвестным русским резчиком в 1551 г. (рядом с дверями южного входа); медные под­свечники и серебряные кадила работы русских масте­ров XVII—XIX вв. (перед иконостасом); бронзовый ша­тер (сень) для хранения церковных реликвий, отлитый русским мастером Д. Сверчковым в 1624 г. (справа от входа в собор); серебряная рака XVII в.— гробница мит­рополита Ионы (1449—1461), над которой возведена мо­нументальная сень русской работы XIX в. (в северо-за­падном углу храма, слева от входа).
В 1979 г. было отмечено 500-летие Успенского собо­ра. Юбилей совпал с целым комплексом реставрацион­ных работ, проведенных в храме. Это и укрепление фундамента, и создание температурно-влажностного режи­ма, обеспечивающего сохранность темперной и станко­вой живописи, и консервация в подземной части собора фрагментов  более ранних строений, стоявших на этом месте.
Впервые была осуществлена реставрация глав. Дело в том, что главы Успенского собора отличались особенно теплым тоном позолоты, который достигался огневым способом золочения, не применяемым в настоящее вре­мя. Тем не менее, реставраторам удалось воспроизвести великолепный колорит глав собора.
Успенский собор — один из замечательных музеев России. Здесь сосредоточены уникальные па­мятники древнерусского искусства, которые и через сто­летия продолжают волновать и восхищать людей.
Благовещенский собор (1484—1489). В юго-западной части Соборной площади расположен изящный девятиглавый с золочеными куполами Благовещенский собор, возведенный псковскими мастерами.
Строился собор как домовая церковь великого мо­сковского князя. С дворцом он соединялся специальным переходом. Во время же торжественных церемоний, про­ходивших на Соборной площади, храм служил для па­радного выхода из дворца князя (позднее паря) и его свиты. Собор построен в традициях раннемосковского зодчества. Но так как строили его псковитяне, то, есте­ственно, здесь присутствуют черты псковской архитек­туры: восьмигранник под центральным барабаном, ор­наментальные пояски на главах, витые колонки с «дынь­ками» на апсидах и другие декоративные элементы.
С площади в храм ведут два входа с высокими крыль­цами. Входят в собор через северное крыльцо. Сначала вы попадаете в галерею, стены которой расписаны фрес­ками на библейские темы («Чудо с пророком Ионой», «О тебе радуется», «Троица», «Древо Иесеево», «Подви­ги монастырских затворников» и др.). В простенках, на склонах сводов и на пилястрах изображены в полный рост античные философы и писатели: Аристотель, Фукидид, Плутарх, Гомер, Вергилий и другие — в то время образованные люди на Руси были знакомы с их произ­ведениями.
Из галереи через белокаменный портал вы попадаете в центральную часть храма. Большой ценностью собора является иконостас. Часть его икон написана в 1405 г. выдающимися древнерусскими живописцами Андреем Рублевым, Прохором с Городца и Феофаном Греком.
Иконы в иконостасе расположены в пять рядов. Тре­тий ряд называется «праздничным» — на его иконах изоб­ражены различные христианские праздники. Семь икон с левой стороны ряда (кроме четвертой, она написана не­известным псковским мастером XVI в.) — «Благовеще­ние», «Рождество Христово», «Сретение», «Крещение», «Преображение», «Воскрешение Лазаря» и «Вход в Иерусалим» — принадлежат кисти Андрея Рублева. Это наиболее ранние произведения живописца.
Андрей Рублев (ок. 1360/70—1427/30)—соз­датель московской школы живописи. Помимо Благовещенского собора, где его фрески не со­хранились, он расписывал Успенский собор во Владимире (роспись сохранилась частично), Троице-Сергиев монастырь под Москвой (г. За­горск) и Спасо-Андроников монастырь в Москве (ныне Музей древнерусского искусства им. А. Рублева).
К сожалению, большинство фресок этого ве­ликого мастера погибло. Больше повезло иконам. Дошедшие до нас произведения Андрея Рублева свидетельствуют, что творчество его является од­ной из вершин русской и мировой культуры.
Остальные иконы в этом ряду иконостаса — «Тайная вечеря», «Распятие», «Положение во гроб», «Сошествие во ад», «Вознесение», «Соше­ствие святого духа» и «Успение» — исполнены Прохором с Городца. Об этом художнике почти ничего не известно. Предполагают, что он был несколько старше Рублева и приехал в Москву из города Городца на Волге.
Главный ряд иконостаса — деисусный (от греческого слова «деисус» — моление). Он расположен ниже празд­ничного. Основная тема ряда — заступничество святых (они изображены в полный рост) за простых смертных перед богом-судией. Большинство икон этого ряда (кро­ме «Архангела Михаила» и «Апостола Петра») написано Феофаном Греком.
Этот художник возглавлял артель мастеров, работавших в соборе в 1405 г. На Русь он при­ехал из Византии, где расписал немало церквей. На Руси художник обрел вторую родину. Здесь он достиг вершин мастерства. Иконы Благовещенского собора — последняя из упоминаемых в летописях работ этого мастера. Они по праву принадлежат к шедеврам мирового средневеко­вого искусства.
Немалый интерес представляет и стенопись собора, выполненная в 1508 г. артелью художников, возглавляе­мой Феодосией, сыном прославленного Дионисия. Здесь есть и традиционные мотивы, и новые, характерные для XVI  в. Большое место в росписи занимают сюжеты на тему Апокалипсиса (справа и слева от иконостаса на сводах под хорами и на арках, поддерживающих хоры).
Помимо библейских сюжетов в росписи стен можно видеть сугубо светские мотивы — изображения византий­ских императоров и русских князей (столбы центральной части храма и пилястры).
Над выходом из собора обращает на себя внимание настенная роспись с изображением Спаса Нерукотвор­ного, выполненная известным русским живописцем
XVII  в. Симоном Ушаковым.
Архангельский собор (1505—1508). В начале XVI в. Иван III решает построить собор, который служил бы одновременно и усыпальницей для московских князей. Правда, усыпальница уже существовала — собор Михаи­ла Архангела, воздвигнутый в XIV в. В 1340 г. здесь был погребен Иван Калита. Так родилась традиция хоронить в этом соборе представителей московского княжеского рода.
Однако, когда Москва стала столицей объединенного Русского государства, собор Михаила Архангела пока­зался Ивану III слишком скромным, и он повелел по­строить на его месте новый храм с тем же названием и того же предназначения.
В 1505 г. итальянский зодчий Алевиз Новый присту­пает к сооружению Архангельского собора — новой усы­пальницы московских князей.
Всего три года понадобилось зодчему, чтобы закон­чить это монументальное сооружение. В 1508 г. состоя­лось торжественное открытие собора. Перед взорами изумленных москвичей предстало здание, напоминающее Успенский собор, но облаченное в декоративные одежды итальянского Возрождения XVI в.
Архитектор смело ввел в традиционный декор рус­ских культовых построек элементы, присущие итальян­ской архитектуре. Древнерусский аркатурно-колончатый пояс он заменил профилированным карнизом, который как бы делит здание на два яруса. Плоские лопатки, обычно членящие по вертикали стены русских храмов, превратились у него в пилястры с базами и капителями коринфского ордера. Тимпаны закомар зодчий заполнил декоративными раковинами, а стены между пилястрами до среднего карниза украсил архивольтами глухих арок. Собор внешне более напоминает дворцовую постройку, чем храм. Однако при создании интерьеров зодчий не отошел от канонов древнерусской храмовой архитек­туры.
Как вы уже знаете, собор предназначался главным образом для захоронения московских князей. Здесь по­коятся представители княжеских и царских родов с XIV и до конца XVII в. После того как Москва утратила ста­тус столичного города, Архангельский собор перестал быть царским некрополем (лишь в 1730 г. в нем был по­хоронен внук Петра I Петр II, умерший от черной оспы).
Расскажем о некоторых надгробиях собора. У правой стены похоронены князья, выступавшие за объединение сил для борьбы с монголо-татарскими завоевателями: Иван Калита (первый ряд около правой стены), Дмит­рий Донской (второй ряд, средняя гробница), Владимир Храбрый, активный участник Куликовской битвы (у за­падной стены, второй саркофаг от угла) и другие. Эти могилы были перенесены сюда из собора Михаила Ар­хангела.
В правой части собора на небольшом возвышении пе­ред иконостасом находятся надгробия над могилами ве­ликих князей Василия II, Ивана III и Василия III — пра­деда, деда и отца Ивана IV Грозного. Сам Иван Грозный, как первый из великих князей, венчавшийся титулом «ца­ря и самодержца», считал, что заслуживает особого мес­та для погребения. В то же время ему было важно пока­зать, что титул он получил «божьим соизволением и ро­дителей своих благословением». Поэтому по его распо­ряжению в наиболее почетном месте собора — за иконо­стасом в южном предалтарии — была устроена царская усыпальница. Однако сначала здесь был похоронен его старший сын, Иван, затем сам Иван IV и его средний сын, Федор.
Интересна настенная живопись собора. Относится она к середине XVII в. Правда, последующие века оставили следы на фресках, выполненных лучшими художниками Москвы того времени. Только благодаря усилиям реставраторов можно сейчас любоваться прекрас­ными творениями древнерусских живописцев.
Сюжетика росписей собора проводит идею преемст­венности верховной власти на Руси от князей киевских владимирскими, а от них московскими. Отсюда и изобра­жения киевских князей Владимира и Ольги (восточная грань северо-западного столба и западная грань северо-восточного столба, второй ярус), владимирских князей Андрея Боголюбского (северная грань юго-восточного столба) и Александра Невского (северная грань юго-за­падного столба, первый ярус) и сына Александра Нев­ского московского князя Даниила Александровича (юж­ная грань северо-западного столба, первый ярус).
Большое значение в то время придавалось и внешне­политическим связям. Особенно пропагандировались ди­настические связи русских и европейских монархов. Эта идея также нашла отражение в росписи собора. В пер­вом ярусе на западной грани юго-восточного столба изо­бражен византийский император Михаил Палеолог. Из рода Палеологов была бабка по отцу Ивана IV Грозно­го царица Софья.
Правая и левая стены собора расписаны фресками на библейские сюжеты. Здесь и деяния архангела Ми­хаила, и взятие Иерихона войсками Иисуса Навина (ас­социация со взятием Казани Иваном IV), и Гедеон, посекающий мадиамитян (параллель с битвой на Куликов­ском поле) и др.
Западную стену собора (напротив иконостаса) зани­мают иллюстрации основных положений христианства: «Сотворение мира», «Рождество Христово», «Распятие», «Вознесение» и т. д.
Жемчужиной иконостаса собора является икона «Ар­хангел Михаил» (нижний ряд, вторая справа от цар­ских врат), принадлежащая кисти неизвестного русско­го иконописца, жившего на рубеже XIV—XV вв. Предпо­лагают, что это заказ вдовы Дмитрия Донского, пожелавшей увековечить подвиг победителей на Куликовом поле. Остальные иконы были написаны в основном мос­ковскими художниками XVII в. во главе с Дорофеем Ермолаевым-Золотаревым.
Прекрасные памятники древнерусского искусства, со­бранные в Архангельском соборе, свидетельствуют о славной истории русского народа, о его воинских под­вигах, совершенных во имя отчизны.
Церковь Ризположения (1484—1486). Эта небольшая нарядная церковь находится в северо-западной части площади, рядом с Успенским собором. Интересно проис­хождение названия церкви. Легенда гласит, что в Кон­стантинополе хранилась риза богоматери, которая якобы обладала многими чудодейственными свойствами, а так­же защищала город от вражеских набегов. Благодарные жители Константинополя в V в. н. э. воздвигли храм и на его престол возложили ризу богоматери. С тех пор в христианской религии это событие отмечается как празд­ник.
Церковь Ризположения в Кремле имеет прямое от­ношение к аналогичным событиям. В июле 1451 г. та­тарские полки царевича Мазовши осадили Москву. В праздник «Положения ризы» они из-за внутриполити­ческой борьбы снялись и, бросив награбленную добычу, отступили от города. Отцы церкви, воспользовавшись этим, придали событию религиозный характер и в том же году возвели церковь Ризположения.
В 1473 г. она сгорела, и в 1486 г. на ее месте была по­строена домовая митрополичья церковь. Возводили ее псковские мастера, но с учетом традиций московского зодчества: декоративный фриз из терракоты, украшаю­щий фасады, резьба по белому камню — все эти элемен­ты характерны для московских храмов. Вкусы псковских мастеров проявились лишь в убранстве главы: полукруг­лые выемки и узорно положенный кирпич, а также вось­мигранный постамент под барабаном.
С северной стороны к церкви примыкает крытая гале­рея. Поскольку непосредственно за церковью распола­гались помещения для женской половины царской семьи, эта галерея служила выходом для цариц и царевен к Ус­пенскому собору.
Большой интерес представляет иконостас церкви. Три его верхних ряда выполнены в 1627 г. артелью мастеров, возглавляемой известным московским художником Назарием Истоминым-Савиным, прекрасным мастером ри­сунка и цвета.
Стены, своды и столбы храма украшает многокрасоч­ная роспись, сделанная в 40-х гг. XVII в. изографами Си­дором Осиповым, Иваном Борисовым, принимавшими участие в росписи Успенского собора, и Семеном Абра­мовым. Сюжеты фресок связаны в основном с посвяще­нием богоматери. Однако в росписи находят отражение и некоторые общественно-политические и социальные яв­ления: два нижних регистра столбов занимают монумен­тальные  изображения  князей  и  митрополитов,  подбор которых характерен для середины XVII в. Здесь и ки­евский князь Владимир (верхний ярус южного столба, восточная грань), и владимирский князь Андрей Боголюбский (северная грань), и Александр Невский (запад­ная грань), и сын Александра Невского Даниил Александрович (южная грань).  В нижнем ярусе (южная и восточная грани)   изображены  Борис и  Глеб — первые русские святые, покровители княжеской, а позднее цар­ской власти. На соседнем столбе написаны фигуры мит­рополитов — предшественников русских патриархов.
В  галерее церкви   можно  осмотреть  выставку  рус­ской деревянной скульптуры XIV—XVII вв. Наибольший интерес здесь представляет одна из древнейших дере­вянных скульптур — Дмитрий Солунский (конец XIV — начало   XV в.).   Большинство   произведений   выставки относится к XVII вв. Среди них и образцы крупной де­ревянной скульптуры — надгробные изображения митро­политов из Успенского собора, и мелкая пластика — ре­занные по дереву иконки и образки, настоящие произве­дения ювелирного искусства, которые наши предки не считали зазорным оправлять в драгоценные оклады.
Патриаршие палаты и церковь Двенадцати апостолов (1653—1656).   Территория, лежащая в северной стороне Соборной площади, за Успенским собором, издавна при­надлежала московским митрополитам и патриархам, ко­торые застраивали ее личными покоями. Первые митро­поличьи палаты появились здесь в середине XV в., их сменили  постройки 70-х гг.,  которые,  в  свою  очередь, сменил дворец с церковью Двенадцати апостолов, выст­роенный при патриархе Никоне в 1656 г. и сохранивший­ся до наших дней.
По роскоши и размерам Патриарший дворец не усту­пал царскому Теремному, а в чем-то и превосходил его — Никон как бы и здесь доказывал превосходство церков­ной власти над царской («священство выше царства»). Однако вскоре честолюбивый духовник был наказан ца­рем Алексеем Михайловичем за строптивость и сослан в Ферапонтов монастырь.
Сын Алексея Михайловича Петр I, стремясь к едино­личной власти, вовсе «упразднил» патриаршество и уп­равление церковными делами передал Синоду, москов­ская контора которого разместилась в бывшем Патриар­шем дворце.
Новые хозяева палат, не очень-то заботясь об их исто­рической и художественной ценности, провели здесь большие перестройки, сильно исказившие интерьер памят­ника. Тем не менее сохранившиеся помещения дают воз­можность познакомиться с образцом дворцового соору­жения XVII в.
В настоящее время в Патриарших палатах находится Музей прикладного искусства и быта XVII в. В экспози­ции отражен в основном быт феодальной верхушки. Ос­мотр дворца и музея рекомендуем начать с Крестовой па­латы— самого парадного зала патриаршего дома, где хо­зяин принимал наиболее именитых посетителей и где обычно   заседали   церковные соборы. Современники во­сторгались   архитектурным   решением этого помещения: зал площадью 280 м2 был перекрыт единым сомкнутым сводом. Путешественник и церковный деятель середины XVII в. Павел Алеппский, посетивший Россию, писал: «Зал поражает своей необыкновенной величиной, длиной и шириной; особенно удивителен обширный свод без под­пор посередине». К сожалению, древний свод не сохра­нился, он был перестроен в конце XVIII в. М. Казаковым, а расписан сравнительно недавно.
В 1763 г. в Крестовую палату перенесли печь для мироварения — приготовления специального ароматическо­го вещества «миро», употребляемого при крещении, коронации и освящении храмов. Печь стоит здесь и поныне. Из экспонатов, выставленных в этом зале, интерес пред­ставляют образцы русской национальной посуды, тканей и художественной вышивки, коллекция часов XVI— XVII вв., рукописные и печатные книги.
В Сенях можно осмотреть предметы, связанные с охотой: ружья, пистолеты, пороховницы, чехлы для луков и стрел, В расположенной напротив Крестовой палаты Тра­пезной собраны главным образом предметы культового назначения — произведения искусств, выполненные в сти­ле своего времени мастерами Москвы и других русских городов.
Из Трапезной можно пройти в домовую церковь Две­надцати апостолов (архитекторы Д. Охлебинин, А. Кон­стантинов, А. Макеев). Обратите внимание на ее иконо­стас. Изготовлен он был в XVII в. для Вознесенского мо­настыря в Кремле. Иконы, написанные неизвестными ма­стерами, относятся к XVII—XVIII столетиям, об этом свидетельствует светотеневая манера, утвердившаяся в то время в русской живописи. Но главное богатство ико­ностаса— каркас, выдающееся произведение прикладно­го искусства, выполненное в стиле московского барокко.
Колокольня «Иван Великий» и звонница (1505—1508). В 1508 г. ансамбль Соборной площади пополнился еще одним архитектурным шедевром—60-метровой ко­локольней «Иван Великий», воздвигнутой итальянским архитектором Боном Фрязином.
Первоначально внешний вид колокольни был совсем иной. В XVII в. ее надстроили до 81 м. Под куполом ко­локольни появилась золоченая надпись, сделанная на медных листах по синему фону, гласящая, что надстрой­ка была закончена в правление царя Бориса Годунова и по его повелению.
Архитектурно колокольня решена довольно просто: три поставленных друг на друга удлиненных восьмигран­ника, увенчанных высоким барабаном с изящным купо­лом. Всю конструкцию завершает семиметровый крест. Несмотря па большую высоту и мощные стены (толщина стен первого яруса 5 м, второго — 2,5 м), колокольня ка­жется ажурным, устремленным ввысь сооружением. Это впечатление усиливают щелевидные окна и широкие арки («эвсны») с полукруглыми завершениями, украшенные поясами-карнизами.
В 1532—1543 гг. к колокольне была пристроена пря­моугольная звонница (архитектор Петрок Малый) с хра­мом Вознесения, с северной стороны которой в 1624 г. по указанию патриарха Филарета мастер Б. Огурцов воз­вел еще одно здание, получившее название Филаретовской пристройки. Второй и третий ее этажи были отведены под патриаршую ризницу. Ныне на первом этаже пристройки размещаются экспозиции временных вы­ставок.
Сегодня на колокольне и звоннице висит 21 колокол XVI—XIX вв. Самый большой, весом около 70 т, виден в центральном пролете звонницы. Отлили его в XIX в. ма­стера Завьялов и Русинов.
В советское время колокольню неоднократно рестав­рировали. Во время последней реставрации было обнов­лено наружное убранство памятника, и прежде всего его золотой наряд: могучие главы колокольни и звонницы, старинная надпись, валики между ее строками, пояс звезд, главка и завершения башенок на пристройке — все­го 543 м2 золотой поверхности.
В процессе реставрации развеялась легенда о том, что фундамент колокольни якобы пронизывает всю толщу Бо­ровицкого холма. Исследования показали, что стилобат, на котором покоится колокольня, заглублен всего на 4,3 м от древнего уровня Соборной площади (около 6 м от со­временного).
Реставрация коснулась и самой Соборной площади. Ее выложили заново, полностью заменив старое покрытие плитами из песчаника, которые удивительно гармонируют с окружающими площадь соборами.
Рядом с Соборной площадью расположена еще одна площадь Кремля, носящая название ИВАНОВСКОЙ. Когда-то здесь находились здания приказов, с крылец ко­торых громко объявлялись царские повеления. Отсюда и пошло, вероятно, выражение «кричать во всю Иванов­скую». Особый интерес здесь представляют Царь-колокол и Царь-пушка — уникальные произведения литейного ис­кусства Древней Руси.
Царь-колокол был отлит в Кремле на Ивановской площади известными русскими литейщиками отцом и сы­ном И. и М. Моториными в 1733—1735 гг. Это самый большой колокол в мире. Вес его 200 т, высота 6,14 м, ди­аметр 6,6 м. После отливки колокол оставался в литей­ной яме, что сыграло роковую роль в его судьбе. В 1737 г. в Москве разразился страшный пожар, уничтоживший почти весь город. Пострадал и Царь-колокол: при туше­нии лесов, на которых он покоился, и близлежащих сара­ев на него попала вода. От разницы температур на коло­коле появились трещины и откололся осколок весом 11,5 т. В 1836 г. Царь-колокол был поднят и водружен на каменный постамент (архитектор О. Монферран).
Колокол не имеет себе равных не только по весу, но и по художественному литью. Корпус его украшен изобра­жениями царя Алексея Михайловича, императрицы Ан­ны Иоанновны, пятью иконами, рельефным орнамен­том и двумя надписями, излагающими историю его от­ливки.
Царь-пушка — самое большое по калибру орудие в мире. Отлита она была мастером Пушечного двора Анд­реем Чеховым в 1586 г. Как показали исследования спе­циалистов. Царь-пушка вовсе не пушка, а мортира. Дело в том, что в старину на Руси не было деления на пушки, гаубицы, мортиры. Пушками называли все артиллерий­ские орудия. Есть предположение, что слово «пушка» по­шло от глагола «пускать».
Царь-пушка была установлена в Китай-городе перед Спасскими воротами для защиты Кремля и переправы через Москву-реку. Правда, история не донесла до нас каких-либо сведений об участии орудия в боевых дейст­виях. Длина пушки 5,34 м, калибр 890 мм, толщина ство­ла 15 см, вес 40 т. Декоративный лафет был отлит значи­тельно позже — в 1835 г. Примерно тогда же были изго­товлены и пустотелые чугунные ядра, лежащие у подно­жия пушки.
Осмотрев Царь-пушку, вы огибаете собор Двенадцати апостолов и направляетесь к Кремлевскому Дворцу съез­дов. Но прежде чем познакомить вас с этим интересным сооружением второй половины XX в., расскажем о рас­положенном справа через дорогу от дворца АРСЕНАЛЕ.
Это строгое и выразительное здание, хорошо сочетаю­щееся с крепостными стенами Кремля, расположено между Никольской и Троицкой башнями. История строи­тельства его восходит к началу XVIII в. Арсенал был за­ложен по распоряжению Петра I в 1701 г. на месте быв­ших Житных дворов как склад для военного снаряжения и оружия. Архитекторы Д. Иванов, X. Конрад с участием автора Сухаревой башни М. Чоглокова строили его с перерывом с 1701 по 1736 г. Нельзя сказать, что судьба была благосклонна к этому зданию. В 1737 г. во время грандиозного московского пожара оно сильно постра­дало. Восстановленный в 1754г. Д.Ухтомским Арсенал был взорван в 1812 г. во время отступления французов. Современный вид здание приобрело в 1816—1828 гг. при восстановлении Кремля архитектором О. Боне.
Помимо сугубо практических целей — хранение ору­жия и снаряжения — Петр предполагал создать при Ар­сенале музей, для чего издал указ о сборе пушек и всяких воинских знаков, взятых русскими полками в боях. Од­нако в петровские времена музей в Арсенале так и не был открыт. Новая попытка организовать здесь музей была предпринята в середине XIX в. Устроители предполагали создать музей Отечественной войны 1812 г. К Арсеналу начали свозить пушки, отбитые русскими войсками у армии Наполеона. Всего вдоль юго-восточного фасада здания было выставлено 875 трофейных орудий. Правда, и на этот раз музей организован не был. Но пушки у зда­ния Арсенала остались. В 1960 г. вдоль южной стены были размещены пушки, отлитые русскими мастерами XVI—XVII вв. Андреем Чеховым («Троил»), Мартьяном Осиповым («Гамаюн»), Яковом Дубиным («Волк») и другими. Почти все орудия имеют клейма, где указаны дата отливки, имя мастера и вес.
Во время последних реставрационных работ, прове­денных в Кремле, были отреставрированы и эти пушки. Работы велись сотрудниками кафедры материаловедения Военной академии им. Дзержинского и мастерами ре­монтных мастерских г.Серпухова и Мытищинского за­вода художественного литья. После реставрации особен­но стало видно великолепное мастерство художественно­го исполнения орудий и лафетов. На южном фасаде Ар­сенала висят мемориальные доски в память красногвар­дейцев, павших при защите Кремля в 1917 г., и воинов гарнизона Кремля, погибших в годы Великой Отечест­венной войны.
КРЕМЛЕВСКИЙ ДВОРЕЦ СЪЕЗДОВ. 17 октября 1961 г. состоялось торжественное открытие Кремлевского Дворца съездов. Построенный в рекордно короткий срок — всего за 16 месяцев,— Дворец съездов стал одним из са­мых замечательных памятников современного зодчества. Авторам этого уникального произведения архитектуры ^ М. Посохину, А. Мндоянцу, Е. Стамо, П. Штеллеру, Г. Львову, А. Кондратьеву, И. Кочетову —в 1962 г. была присуждена Ленинская премия.
Огромный по своим объемам Дворец съездов (40 тыс. м3) не подавил окружающие его памятники и не разру­шил живописный силуэт Кремля. Архитекторы углубили здание в землю на 15—16 м, благодаря чему горизонталь­ная линия кровли Дворца как бы продолжает горизон­таль Арсенала и стен, контрастируя с вертикалью башен и соборов.
Длина Дворца 120 м, ширина 70 м, высота 29 м. В нем более 800 помещений различного назначения общей пло­щадью 55,6 тыс. м2, 14 эскалаторов, 26 лифтов.
А теперь приглашаем вас совершить небольшую экс­курсию по этому великолепному зданию. Через парадный вход вы попадаете в главное фойе Дворца площадью 2  тыс. м2. Обратите внимание на красочный мозаичный фриз с изображением 15 гербов союзных республик и гер­ба СССР. Он выполнен из золотисто-пурпурной смальты по рисункам художника А. Дейнеки.
Композиционный центр Дворца — Зал заседаний, об­щая площадь которого превышает 5 тыс. м2. Это один из крупнейших в мире зрительных залов. Одновременно в нем может разместиться около 6 тыс. человек. Стены зала облицованы деревянными рейками и анодированной под бронзу алюминиевой сеткой. Удобные мягкие кресла снабжены наушниками и репродукторами. Сцена обору­дована современными подъемно-опускными устройства­ми, что позволяет осуществлять ее различные трансфор­мации. Лицевая сторона занавеса представляет собой панно из тонких чеканных металлических листов. Занавес выполнен ма­стерами Латвийского художественного фонда под руко­водством X. Рысина.
Эскалаторы и боковые марши ведут в Банкетный зал, второе по величине помещение Дворца площадью 4,4 тыс. м2 на 2500 мест. Здесь проводятся торжественные приемы, праздничные вечера, банкеты. В обычные дни зал служит буфетом. С обходной галереи, окружающей Бан­кетный зал, открывается отличный вид на Кремль и го­род, что создает дополнительный художественный эф­фект.
ПОТЕШНЫЙ ДВОРЕЦ. Этот памятник архитектуры середины XVII в. находится за Кремлевским Дворцом съездов, между Троицкой и Комендантской башнями. Возведен он был в 1652 г. для боярина Ильи Данилови­ча Милославского, тестя царя Алексея Михайловича. Не пожалел российский самодержец денег для отца любимой супруги. И выросли у кремлевской стены трехэтажные каменные хоромы с хозяйственными пристройками, глу­бокими подвалами, где хранили вина и снедь, с нарядной церковью и комнатным садом. Талантливый зодчий, ос­тавшийся неизвестным, сумел разместить на сравни­тельно небольшой площади все постройки боярской усадьбы.
16 лет прожил в палатах боярин Милославский. После его смерти в 1668 г. они отошли к казне, а с 1679 г. стали местом, где устраивались разного рода увеселения для царской семьи и ее окружения («потехи»). И название бывшие хоромы Милославского получили соответствен­ное — Потешный дворец.
В последующие века дворец неоднократно перестраи­вался. Однако основная часть здания сохранилась до на­ших дней. Реставрационные работы позволили выявить великолепную белокаменную резьбу, которая украшает дворец,— растительные орнаменты, фантастические единороги, сказочные птицы. Ре­ставраторы обогатили памятник элементами архитектур­ного убранства второй половины XVII в., восстановили щелевидные оконца вверху, на звоннице, порталы в интерь­ерах, оконные проемы нижнего этажа, белокаменные лестницы, ниши в подклете (нижний этаж здания). Великолепный резной портал главного фасада — тоже резуль­тат последних реставрационных работ. Сложен он был когда-то (предполагают, в XIX в.) из деталей разобранно­го древнего крыльца Потешного дворца и дополнен леп­кой.
Потешный дворец — это единственный сохранивший­ся в Кремле архитектурный памятник боярского жилья.

Изображение недоступно
Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru
Индекс цитирования
Изображение недоступно
Изображение недоступно
Изображение недоступно
Изображение недоступно
Изображение недоступно
Изображение недоступно
Изображение недоступно
Slider